Грибы-симбионты — невидимые инженеры климата. Они опутывают корни растений подземными сетями, поставляют им питательные вещества и закачивают углерод глубоко в почву. Ученые пытаются защитить эти грибные сообщества, но сталкиваются с загадкой: большинство видов известны только по обрывкам ДНК. Их нельзя сопоставить с уже описанными грибами — они остаются «тенями» в базе данных.

Из 2–3 миллионов видов грибов на планете описаны лишь 155 тысяч. Новое исследование, опубликованное в журнале Current Biology, показало, что 83% эктомикоризных грибов — как раз такие «темные таксоны». Их подземные очаги разбросаны по тропическим лесам Юго-Восточной Азии, Центральной Африки, горным хвойникам у границ Монголии. Это не просто пробелы в науке — проблема для сохранения биоразнообразия.

Эктомикоризные грибы — грибы, которые оплетают корни деревьев и кустарников, образуя «чехол». Они не проникают внутрь клеток, но резко увеличивают площадь всасывания. В обмен на сахара от растения грибы поставляют ему воду, фосфор, азот и защищают от болезней.

В биологии имя — ключ ко всему. Описанный вид получает латинское название, и только тогда его можно изучать и защищать. Но большинство микоризных грибов находят по ДНК из почвы. Пробы секвенируют, сравнивают с базой данных — и часто натыкаются на безымянные цепочки генов.

Мы в самом начале пути, — говорит Лаура ван Гален, микробный эколог из ETH Zurich. — eDNA — мощный инструмент, но безымянные виды не включишь в списки охраняемых. Как защищать то, что даже не названо?

Эктомикоризные грибы сотрудничают с 25% растений Земли. Они помогают лесам поглощать 9 миллиардов тонн CO₂ в год — это четверть выбросов от ископаемого топлива. Они очищают почву, усиливают устойчивость деревьев к стрессу, но их «темные» виды распределены неравномерно.

Основные очаги — в тропиках Юго-Восточной Азии, Африки, Южной Америки, — объясняет ван Гален. — Но исследования сфокусированы на северных регионах. Нужно срочно вовлекать ученых из южного полушария.

Как сократить число «теневых» видов

• Изучать и секвенировать грибы из гербариев — многие образцы десятилетиями пылятся в коллекциях.
• Организовать экспедиции в тропики, где скрыто больше всего неизвестных видов.

Проблема в том, что многие грибы связаны с исчезающими растениями.

Если мы потеряем эти виды деревьев, — говорит ван Гален, — мы навсегда лишимся и их грибных партнеров, о которых даже не успели узнать.

Технологии позволяют исправить ситуацию, но не хватает внимания. Почвенные грибы — слепое пятно науки. Мы должны изучать их, пока не стало слишком поздно.

Это исследование — карта сокровищ для экологов. Оно показывает, где искать неизвестные виды грибов, критически важных для углеродного цикла. Если сосредоточить усилия на «горячих точках», можно:

• Ускорить описание видов, чтобы включить их в охраняемые списки.
• Начать мониторинг уязвимых экосистем, например, тропических лесов Конго или Амазонии.
• Перераспределить научные ресурсы, поддержав микологов из южных стран.

Главный бонус — понимание, что текущие оценки биоразнообразия занижены. Если 83% ключевых грибов не описаны, значит, мы недооцениваем их роль в климатических моделях.

Исследование опирается на eDNA, и это круто, но у метода есть слабые места:

• Он не отличает живые грибы от мертвых.
• Не показывает активность вида в экосистеме.
• Может давать ложные совпадения из-за загрязнения проб.

Без полевых исследований (например, выращивания грибов в лаборатории) «темные таксоны» останутся генетическими призраками.

Ранее ученые выяснили, как деревья и грибы помогают друг другу выжить.