Марк Хэнсон и Питер Глакман исследуют, как стресс матери, качество ухода за ребенком и условия раннего развития влияют на формирование у детей способности управлять эмоциями и контролировать поведение. Эти факторы могут привести к тревожным расстройствам в подростковом возрасте.

Результаты исследования опубликованы в издании Science.

Статистика показывает резкий рост тревожности среди подростков 12–19 лет, особенно в развитых странах вроде США. Пандемия COVID-19 — не единственная причина. Видимо, дело в долгосрочных изменениях в обществе и развитии.

Авторы объясняют: мозг ребенка с самого начала, еще до рождения, адаптируется к окружающей среде. Если в ранние годы он получает сигналы о потенциальной угрозе, то настраивается на постоянную опасность. Но если реальность оказывается спокойнее, чем ожидалось, эта повышенная бдительность может превратиться в тревожность. Особенно уязвимы подростки — их психика и так нестабильна, а мир вокруг меняется слишком быстро.

Проблемы психического здоровья молодежи становятся все серьезнее, — пишут Хэнсон и Глакман. — Лечить уже заболевших важно, но еще важнее предотвращать расстройства. Для этого нужен комплексный подход: поддержка родителей, внимание к раннему детству, совместная работа систем здравоохранения, образования и соцзащиты.

Этот анализ помогает понять, что тревожность у подростков — не просто результат сиюминутных стрессов, а следствие долгосрочных процессов. Если подтвердится, что ранние условия жизни программируют склонность к тревоге, можно:

• Разрабатывать превентивные меры для беременных и молодых родителей.
• Менять систему поддержки семей, снижая уровень хронического стресса.
• Учитывать эти данные в образовании, чтобы снижать нагрузку на уязвимых детей.

Однако исследование опирается на корреляции, а не прямые причинно-следственные связи. Возможно, рост тревожности связан не только с ранним развитием, но и с другими факторами — например, соцсетями или учебной нагрузкой.

Ранее ученые заметили, что к развитию тревожности могут привести статины.