Ученые проанализировали десятки исследований, чтобы понять, как генетическая предрасположенность к депрессии и биполярному расстройству влияет на лечение. Оказалось, что люди с высоким генетическим риском депрессии хуже реагируют на терапию — будь то антидепрессанты, стабилизаторы настроения или нейролептики. Эффект небольшой, но стабильный: чем выше генетическая нагрузка, тем ниже шансы на ремиссию.

Результаты опубликованы в издании Genomic Psychiatry.

С биполярным расстройством все сложнее. Его генетические маркеры иногда связаны с лучшей успеваемостью и когнитивными способностями, но в других случаях — с психотическими эпизодами. Это не просто «плохие гены» — они могут давать и преимущества.

Гены и среда: кто кого

Генетический риск — не приговор. Например, у людей с предрасположенностью к депрессии стрессовые события чаще запускают болезнь.

А вот носители «биполярных» генов в благоприятных условиях могут показывать отличные результаты в учебе.

Почему это пока не используют в клиниках

• Полигенные шкалы (суммарные оценки генетического риска) предсказывают лишь 1% вариаций в лечении — слишком мало для практики.
• Большинство исследований проведено на европейцах, а для других популяций точность прогноза может быть ниже.

Полигенная шкала (полигенный риск) — это суммарная оценка, которая учитывает сотни или тысячи мелких генетических вариаций, увеличивающих вероятность болезни. Например, если у вас есть 500 «неблагоприятных» вариантов генов, связанных с депрессией, ваш полигенный балл будет высоким. Но это не диагноз — просто статистический риск.

Машинное обучение немного улучшает ситуацию: комбинируя генетику и клинические данные, можно повысить точность до 4–5%. Но до персонализированной психиатрии еще далеко.

Что впереди

Ученые работают над более точными методами, учитывающими не только гены, но и среду, эпигенетику, редкие мутации. Возможно, через несколько лет мы сможем предсказывать реакцию на лечение лучше. Пока же генетика — лишь один из многих факторов, и полагаться только на нее нельзя.

Гены — это не судьба, а подсказка, — говорит профессор Алессандро Серретти. — Но пока мы только учимся ее читать.

Реальная ценность работы — в постепенном движении к персонализированной медицине. Если удастся выделить группы пациентов, которым стандартные антидепрессанты помогут с меньшей вероятностью, можно сразу предлагать им альтернативы: психотерапию, немедикаментозные методы или комбинированную терапию. Это сократит время подбора лечения и снизит риск «терапевтической чехарды», когда больные годами меняют препараты без эффекта.

Главная слабость — малая объяснительная сила полигенных шкал. 1% вариативности — это ничтожно для клиники. Кроме того, исследования игнорируют редкие мутации и эпигенетику, которые могут играть ключевую роль. Упрощенный подход ( «чем больше риск-генов, тем хуже исход») не учитывает сложные взаимодействия в биологических системах.

Ранее ученые выяснили, что омега-6 снижает риск развития биполярного расстройства.