Иммунотерапия, которая заставляет Т-клетки атаковать рак, плохо работает против глиобластомы — самой агрессивной опухоли мозга. Она почти не реагирует на лечение, и врачи годами искали способ это исправить. Ученые из KAIST, кажется, нашли ключ: оказывается, все может решить обычная кишечная бактерия и аминокислота, которую мы получаем с пищей.

Результаты опубликованы в издании Cell Reports.

Исследователи заметили, что при глиобластоме в кишечнике резко падает уровень триптофана — вещества, которое влияет на иммунитет. Из-за этого меняется состав микробов, и организм хуже борется с опухолью. Но если добавить триптофан, ситуация меняется: в кишечнике размножаются полезные бактерии, например, Duncaniella dubosii, которые активируют Т-клетки и заставляют их проникать прямо в опухоль.

Триптофан — аминокислота, которую организм не умеет производить сам; мы получаем ее из пищи (индейка, бананы, орехи). В кишечнике бактерии превращают ее в серотонин и другие вещества, влияющие на иммунитет. При его нехватке нарушается работа Т-клеток, которые должны убивать рак.

Эксперименты на мышах показали, что сочетание триптофана с иммунотерапией (препаратами типа анти-PD-1) резко повышает выживаемость. Более того, даже без лекарств, просто заселив кишечник стерильных мышей этой бактерией, ученые добились эффекта. Все дело в том, что микробы перерабатывают триптофан в вещества, которые «заряжают» иммунные клетки.

Раньше глиобластома почти не поддавалась иммунотерапии, — говорит профессор Хён Кю Ли. — Но теперь мы видим, что если воздействовать на кишечник, можно резко усилить эффект лечения.

Это исследование открывает три реальных пути:

1. Новые комбинированные терапии — можно разработать добавки с триптофаном и пробиотиками, которые будут усиливать действие иммунотерапии.
2. Диагностика по микробиому — анализ кишечных бактерий может предсказать, поможет ли пациенту лечение.
3. Дешевый вспомогательный метод — если подтвердится, что определенные штаммы бактерий работают сами по себе, это удешевит терапию.

Пока рано говорить о прорыве, но это шаг к персонализированной медицине, где лечение подбирают под микробный профиль пациента.

Главный вопрос — переносимость результатов на людей. Мышиные модели не всегда точны: у людей сложнее микробиом, и глиобластома устроена иначе. Кроме того, неясно, как триптофан повлияет на пациентов с нарушениями обмена веществ. Авторы не изучали побочные эффекты, например, риск аутоиммунных реакций при гиперактивации Т-клеток.

Ранее российские ученые нашли слабое место глиобластомы.